Белорусские оппозиционеры стали признаваться в сотрудничестве с КГБ

kgb3Сразу несколько активистов «Молодого фронта» сделали ряд признаний о своем сотрудничестве с белорусскими спецслужбами, информирует издание «Наша нiва».

Молодофронтовец Сергей Пальчевский признался в сотрудничестве с КГБ. Полный текст признания Пальчевского (одного из фигурантов дела НВФ «Белого легиона») опубликован на «Фейсбуке» в группе «Молодой фронт»:

«Друзья, хочу перед вами исповедаться. И судите меня так, как кто посчитает нужным. Сегодня я признаюсь в том, что подписал сотрудничество с КГБ. На первом же допросе, на который меня привезли в центральный аппарат комитета, я имел разговор без адвоката с двумя гэбэшниками. Они сразу начали требовать, чтобы я рассказывал им что-то по «делу патриотов». Я отказался. Тогда меня начали шантажировать. Мне была высказана угроза уголовного преследования и дополнительного срока за ДТП с моим участием. Дело в том, что в феврале этого года я, находясь за рулем, сбил на пешеходном переходе женщину. Слава Богу, ДТП обошлось без переломов, но травмы квалифицированы как менее тяжкие и за это, при желании пострадавшей, может быть возбуждено уголовное дело. После того, как мы поговорили приватно, гэбэшники приказали повторить все это при адвокате и дали мне на подпись подписку о сотрудничестве. Под псевдонимом «Артур» я подписал сотрудничество с КГБ».

Молодофронтовец Николай Демиденко озвучил информацию, что подписал документ о сотрудничестве с белорусскими спецслужбами 17 февраля 2011 года:

пишет “Наша Нива”.

«Меня вызвали на восьмичасовой допрос. Сказали, что могут освободить Анастасию Положанко (тогда у нее еще была такая фамилия), которая проходила по делу Площади-2010. Твоя подруга, решай. Я сказал, что вообще без проблем, давайте, подпишу, что нужно, диктуйте. Никаких позывных мне не присваивали. В документе говорилось о том, что обязан являться на встречи без адвоката в течение срока, пока не пройдет суд над задержанными. После этого мне два раза пытались звонить. Я на встречи не являлся. Доходило до какого-то маразма, спрашивали, где спрятаны баллончики. Я знаю, что в тот самый момент такую же бумагу в соседнем кабинете подписывала Наста Положанко, на нее, кажется, нажали через Дашкевича. Она действительно вышла на свободу через два часа после того, как я согласился на сотрудничество… Я не парился тогда, когда подписывал, не парюсь и сейчас. Поступил бы я так же снова? Да, конечно. Там стоял вопрос о свободе 19-летней девушки».

Анастасия Положанко (супруга главы «Молодого фронта» Дмитрия Дашкевича) также подтвердила, что подписала документ о сотрудничестве с КГБ:

«В принципе, Николай говорит правду. Вряд ли его подпись о сотрудничестве как-то повлияла на мое освобождение. Это все было решено раньше, но спецслужбисты удачно манипулировали на этом… Что касается меня, то 17 февраля у меня был сложный день — допросы. Потом мне сообщили, что сегодня ты выходишь на волю. Перед освобождением повели на еще один допрос, где предложили подписать бумажку. Сказали, что Дмитрий Дашкевич в заключении, чтобы облегчить его судьбу. Вот бумага, садись пиши, дали чистый лист. Я даже не помню, что там было. Кажется, какая-то абсолютно дежурная фраза о встречах. На связь со мной за все это время так никто и не выходил. Я имела несколько бесед с кагэбэшниками во время следственных действий по моему уголовному делу. Говорили на политические темы… После подписания того документа в моей жизни абсолютно ничего не изменилось, он никак не повлиял на мои дальнейшие действия».

Вслед за этим в Фейсбуке началась волна т.н. камин-аутов в которых прозападные активисты и журналисты рассказывают свои истории, связанные с их общением с КГБ, а “Наша нива” опубликовала топ-7 белорусских общественных деятелей, ранее признавшихся, что их завербовал КГБ:

Славомир Адамович и Александр Емельянов. В 1991 году о вербовке в КГБ объявили сразу два поэта. Емельянов сделал это в «Свободных новостях». Писатель Василь Быков написал в книге мемуаров «Долгая дорога домой»: «Творческая общественность подвергла Емельянова остракизму, хотя было неизвестно, за что: за то, что вербовали, или за то, что он признался». А еще до этого на подобный шаг пошел поэт Славомир Адамович. Его письмо напечатала «Литературная газета». По словам Адамовича, за него взялись еще в 1986 году.

Андрей Зайцев и Влад Михайлов. В декабре 2001 года в Гомеле покончил жизнь самоубийством «зубровец» Андрей Зайцев. В предсмертной записке он написал, что его шантажировал и вербовал КГБ. В январе 2007 года студент программы Калиновского из Гомеля Влад Михайлов на странице в ЖЖ признался о сотрудничестве с КГБ и сообщил о своем решении прекратить контакты. У Михайлова был позывной «Вектор». О нем говорили как о человеке с выраженными психологическими особенностями. После того, как он вернулся в Беларусь, следы его теряются. По одной из версий, он также покончил жизнь самоубийством.

Алесь Михалевич. В последний день зимы 2011 года на экстренной пресс-конференции экс-кандидат в президенты Алесь Михалевич заявил, что его вынудили подписать соглашение о сотрудничестве с КГБ. Михалевич был задержан после событий 19 декабря 2010 г. Оказавшись на воле, Михалевич заявил о пытках, которые якобы применялись в заключении. Спустя какое-то время Михалевич сбежал из Беларуси, однако через пару лет вернулся.

Владимир Кобец. Глава штаба кандидата в президенты Андрея Санникова на выборах-2010 Владимир Кобец сделал заявление о сотрудничестве только после того, как уехал из страны. «Иного пути выйти из тюрьмы КГБ тогда не было», — написал Кобец. «Только профессиональная помощь специалиста по психологии катастроф позволила со временем избавиться от ужасов преследования». Владимир Кобец продолжает жить в эмиграции.

Сергей Павлюкевич. В тот самый год признание о вербовке со стороны спецслужб сделал администратор группы ВКонтакте «Мы за великую Беларусь» Сергей Павлюкевич. Стоит отметить, что это происходило во время «молчаливых акций протеста», которые организовывались через соцсети. Павлюкевич заявил, что согласие на сотрудничество выбили у него под пыткой.

Сократ Янович. А это пример из соседней страны. Известный белорусский писатель с Белосточчины Сократ Янович в люстрационной анкете признался, что был внештатным сотрудником спецслужб. Янович должен был докладывать о людях из окружения белорусского еженедельника «Ніва», а также Белорусского общественно-культурного товарищества в Польше. Любопытно, что, как рассказывал Янович в интервью «НН», вербовка происходила по-белорусски. «Я никому не сделал никакого вреда, но плохо то, что я поддался» — сказал Сократ Янович.kgb2

 

При использовании материалов сайта обязательна прямая ссылка на grodno-best.info

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ