«Батюшка со свастикой» написал Лукашенко о пытках в СИЗО-1 Минска

Приговоренный к тем годам лишения свободы за незаконное хранение составных частей к огнестрельному оружию и боеприпасов Константин Бурыкин, он же отец Константин, настоятель храма в поселке Гатово,  обратился к Александру Лукашенко с прошением о помиловании и открытым письмом.

В настоящее время он отбывает наказание в шкловской ИК-17.

В письме отец четверых детей Бурыкин сообщает, что “с 2001 по 2004 годы, по Благословению главы Белорусской Православной церкви митрополита Филарета, я духовно окормлял православных верующих людей из общества Русское Национальное Единство (РНЕ), данная организация в последствии была признана экстремистской как в Российской Федерации, так и на территории Республики Беларусь, и православная церковь прекратила с ней всякое общение и сотрудничество. В юности я разделял некоторые идеи РНЕ, такие как патриотизм, православие, здоровый образ жизни, спорт, многодетные семьи, но за этими добрыми постулатами в РНЕ скрывались радикальные мировоззрения. Вследствие чего я также прекратил проявлять интерес к сотрудничеству с этой организацией”.

Рассказывает он и историю появления на его теле  татуировок, “сделанных в юности в виде свастичных крестов”: “Данный вид креста использовался в христианстве и в других религиях мира за много столетий до появления фашизма. Сам я никогда не пропагандировал и не поддерживал идей фашизма, нацизма, экстремизма, и т.п., никогда не состоял в подобных организациях, никогда не участвовал в различных акциях по данной тематике”.

О контрабандистах

Свои мытарства Бурыкин связывает с тем, что, будучи главой Белорусской Федерации по пауэрлифтингу (БФП), мешал определенным лицам заниматься контрабандой сигарет. Вот что он пишет:

“Я считаю, что одной из главных причин развязанной против меня кампании, в конечном итоге приведшей меня в тюрьму, является наличие в региональных структурах нашей федерации ОПГ под предводительством уголовного авторитета по кличке “Потап”. Он работает в ФОК “Ошмяны” тренером.

Во время регулярных поездок на соревнования в Литву они провозят большие партии сигарет в машинах со спортсменами и детьми, так как спортивный транспорт практически не досматривается. Также на границе у них есть целые участки, где они при помощи мобильных “мостов-лестниц” перекидывают короба с сигаретами через забор на границе.

Эта группа лиц снабжена униформой, спецтехникой и необходимыми приборами. В нее входят сотрудники пограничной службы и таможни. Подробности этого незаконного бизнеса я узнал от жителей Ошмян, находящихся со мной в заключении в данный момент.

Теперь я абсолютно уверен, что данный гражданин имеет отношение к моему задержанию, так как я не давал ему и его сторонникам спокойно работать. Когда я узнал, что он занимается контрабандой сигарет под прикрытием поездок на соревнования в Литву, я сказал ему что его противоправная деятельность наносит колоссальный вред имиджу БФП, на что он мне просто ответил, что у него “везде все схвачено”.

Тогда я стал настаивать на прекращении этой деятельности и пригрозил исключением из рядов БФП. Вскоре после этого разговора против меня была организована травля в интернет-изданиях, особенно в оппозиционной и желтой прессе. Были отправлены письма в государственные учреждения по принадлежности и силовые ведомства с жалобами и клеветой на меня и членов моей семьи.

Чтобы сделать удар неотразимым, создали образ злодея: “фашист стоит у власти, пропагандирует нацизм и экстремизм, вербует наемников на Донбасс и т.п.”. В результате я был взят в оперативную разработку 25.10.2016 г. сотрудниками ГУБОПиКа МВД РБ. Мои телефоны прослушивались”.

Отец Константин сообщает, после его задержания “лидер ОПГ из Ошмян “Потап” и его сторонники заняли мое место в федерации и в настоящее время руководят БФП. Не исключено и то, что в денежную схему данной ОПГ включены и сотрудники ГУБОПиК”.

Об ужасах в СИЗО

“Я был арестован и помещен под стражу 18.11.2016 года в СИЗО-1 г. Минска по ул. Володарского в камеру №99. В корпусе, где находилась эта камера, содержались под стражей люди, впервые находящиеся под стражей, так положено по закону.

Но в камере №99 содержался неоднократно судимый Вячеслав Быстров 1972 г.р. На всех проверках он представлялся как “подследственный”, хотя таковым не являлся. В этой камере он отбывал срок за свое очередное преступление и его курировали оперативные сотрудники СИЗО-1: Сипач, Клыга и Цедрик А.М., а также сотрудники ГУБОПиКа МВД РБ.

Он регулярно выходил из камеры с блокнотом к оперативникам за инструкциями. Когда он возвращался, то начинал избивать сокамерников, находящихся под следствием, и требовать от них давать такие-то показания следствию.

Само содержание такого человека в камере с подследственными является должностным преступлением. На моих глазах он душил человека, подвешивая его за горло простыней. Он избивал его под наблюдением сотрудников СИЗО-1, которые смотрели на происходящее через окошко в двери камеры.

Затем сотрудники СИЗО передали Быстрову В. черенок от лопаты, и он продолжал избивать им этого человека. Затем открыли дверь и с улыбкой спросив “Что происходит?” не прекратили избиение человека, а, полюбовавшись на работу своего палача, снова закрыли камеру.

Так продолжалось несколько дней, и избиваемый человек понимал, что это не прекратится, а будет продолжаться и жаловаться ему некуда. Быстров В. так поступал с людьми, находящимися до меня в этой камере, при мне, и я уверен, что это продолжается и теперь. Это уже сложившаяся система ведения следственных действий”.

“…Не дожидаясь, когда меня станут душить, подвешивать и избивать, я сказал оперативным сотрудникам СИЗО-1 и следователю, который вел мое дело: “Сегодня я перережу себе артерию бритвенным станком, и в моей смерти будете виноваты вы. Вы с сотрудниками ГУБОПиКа сделали в СМИ и интернете чудовище и монстра из меня, устроили мне травлю в камере, что рецидивист-издеватель Быстров В. знает все подробности обыска моей квартиры и перечень изъятых вещей, и другие подробности по делу”.

Он, Быстров В., в открытую говорил мне, что его прикрывают и опекают сотрудники ГУБОПиКа МВД РБ, оказывал на меня давление, угрожал расправой надо мной и моей семьей, требовал, чтобы я оговорил разных людей и давал такие показания, которые требуют от меня сотрудники ГУБОПиКа и т.д.”

О следствии

Бурыкин сообщает, что от него путем угроз и шантажа требовали дать “нужные показания”:

“В процессе следствия сотрудники ГУБОПиКа МВД РБ, особенно Конон А.В угрожали мне, давили, запугивали, шантажировали напрямую и через их агента-осведомителя Быстрова В. Конон А.В угрожал мне, что пока я нахожусь в СИЗО-1, если я не дам нужные им показания, то он сделает так, что моих детей заберут в детский дом, что меня будут судить в их “губоповском суде” и я получу 10 лет лишения свободы, что меня депортируют, и я никогда больше не увижу детей, угрожал, что моей жене и дочери дадут срок за подкинутые им наркотики, что устроит мне невыносимую жизнь в тюрьме и еще многое другое.

Требовал от меня признания в том, что я лидер неонацистской ОПГ, что я присваивал деньги Федерации и прочей мерзости, которая мне глубоко чужда.

Сотрудники ГУБОПиКа, сразу после моего ареста, пытались обвинить меня во всевозможной мерзости, к которой я не имею никакого отношения и требовали, чтобы я оговорил некоторых сотрудников КГБ РБ. Они предоставили ложную информацию обо мне министру МВД РБ, главе БПЦ Митрополиту Павлу и СМИ”.

О событиях после суда

“После суда я был направлен в ИУ “ИК-3”, где спокойно отбывал наказание. Но через два месяца 25.09.2017 года в 14.15 я был вызван на КПП-2 ИК-3. В кабинете оперативного сотрудника меня ждали два сотрудника ГУБОПиКа МВД РБ подполковники Конон А.В и Алёкса А.И. Они потребовали от меня признаться в хищении средств в БФП и оговорить разных людей, как ранее это они делали в СИЗО-1 г.Минска.

Они угрожали мне тем, что если я не признаюсь и не буду давать нужные им показания, то мне устроят жуткую жизнь в тюрьме, будут переводить меня в разные колонии, где надо мной будут издеваться другие осужденные. Мне угрожали, что администрация будет ко мне предвзято относиться и специально организовывать мне нарушения, для того чтобы УДО и амнистия ко мне были неприменимы.

Следователи начали действовать и уже через день 27.09.2017 года меня вызвали в администрацию ИК-3 и сообщили, что я поставлен на профилактический учет как лицо “склонное к экстремизму и деструктивной деятельности” и я сегодня же буду этапирован на территорию ИУ ” ИК-17″ г. Шклова, для дальнейшего отбывания наказания.

Ночью 28.09.2017 я был доставлен в ИК-17 в карантин. На данный момент 30.09.2017 08.00 я не ощущаю никакого давления. Но, судя по происходящим событиям, оно возможно скоро начнется, учитывая методы, которые используют сотрудники ГУБОПиКа МВД РБ. В их распоряжении есть такие садисты как как Быстров В. и Альмяшев А. в СИЗО-1 г. Минска камера №15.

Эти нелюди, под видом подследственных, на самом деле отбывают наказание, издеваясь над людьми взамен на “комфортные условия содержания”. Они и им подобные выбивают из людей нужные следствию показания, доводят людей до самоубийства и т.п. Все это происходило до моего попадания в СИЗО, во время моего нахождения там, уверен, что это происходит и сейчас.

За этот период времени я узнал много фактов подобных издевательств над людьми. Учитывая то, на что способы сотрудники ГУБОПиК, сломать жизнь простого священника и его семьи, для них видимо обычное дело”.

Осужденный батюшка сообщает Лукашенко, что на него давит администрация колонии:

“Я со всеми сотрудниками разговариваю предельно вежливо и учтиво, соблюдаю все Правила Внутреннего Распорядка колонии. Я всегда гладко выбрит и опрятен, в тумбочке и вещах нет никаких запретных предметов, соблюдаю все правила и режим ИК-17.

Не смотря на это, сотрудники администрации уже объявили мне выговор с занесением в личное дело за “нарушение”. Эти “нарушения”, при желании администрации, создаются искусственно на ровном месте. Такие выговоры не дают возможность получить “аттестацию вставшего на путь исправления”, что в свою очередь не дает право на УДО и возможности попасть под амнистию…

Также мне пришло письмо из ГУВД Фрунзенского района г. Минска №МГ/5-213/85 от 14.10.2017 года, о том, что в отношении меня начата процедура аннулирования разрешения на проживание в Республике Беларусь. Это значит, что после моего освобождения я буду сразу депортирован из Беларуси. Мои дети не смогут меня видеть, а я их, мы не сможем быть вместе! На какую жизнь обрекают нашу семью сотрудники ГУБОПиК МВД РБ?!”.

belaruspartisan.org

 

При использовании материалов сайта обязательна прямая ссылка на grodno-best.info

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Загрузка...