Суворов в Польше: мифы и правда

5Некоторые поляки сегодня обвиняют А.В.Суворова в «…резне, устроенной в Праге» во время подавления антироссийского восстания. Полководцу инкриминируют целенаправленное уничтожение 20 тысяч мирных жителей во время штурма Праги 4 ноября 1794 года.

О тех событиях среднестатистический обыватель с обеих сторон знает немного (а в основной своей массе не знает совсем ничего), что облегчает задачу «полководцам» информационной войны. Так почему же у братьев-славян так сводит скулы при одном лишь упоминании о Суворове? Причины тому есть.
2 Вступление А.В. Суворова в Варшаву в 1794 году. Гравюра начала XIX века
Войска А.В.Суворова входят в капитулировавшую Варшаву. Гравюра 1878 года.

 Александр Васильевич был не только признанным гением войны. Имея хорошее образование и пытливый ум, он прекрасно разбирался в хитросплетениях дипломатических интриг, быстро вникал в суть экономических проблем и, отметим это, как никто другой понимал необходимость корректного отношения к мирному населению на чужой территории.

Нравы тогда были своеобразные: рудиментарное рыцарское отношение к врагу редко кто распространял на обывателей, на которых зачастую «отыгрывались» победители. Известный обычай «три дня на разграбление взятого города» в те времена время был нормой.

Александру Васильевичу такие традиции были не по нраву, но и он их отменить не смог бы при всём желании (хотя пытался) – его бы не поняли даже солдаты. Не смогла понять милосердие Суворова и Екатерина Великая.

Суворова в Польше запомнили ещё по войне 1768-1772 гг., когда он прославился не только как полководец, но прослыл рыцарем и гуманистом.
3 suvorovФранцузские офицеры командовавшие польскими войсками отдают А.С. Суворову шпаги. 15 апреля 1772. Гравюра Р.В. Кюфнера с рисунка И.Д. Шуберта. 1796

 Мирное население для Александра Васильевича всегда было за рамками войны, а его искреннее уважение к достойному противнику воспринималось как чудачество и вызывало упомянутое непонимание правящих элит.

Здесь нужно принимать в расчёт не только личный взгляд Суворова на саму проблему польской государственности, но и его отношение к любым антимонархическим выступлениям.

К 1794 году Европа уже пять лет трещала от огня Великой Французской революции, и Польша, в силу огромного количества внутренних противоречий и чрезмерной амбициозности шляхты, никак не могла оставаться в стороне.

Наивно было бы полагать, что польский бунт разгорелся сам по себе и был неким проявлением «народного гнева против русских поработителей». Отнюдь.

За спиной Польши, Швеции и неугомонных турок невидимые кукловоды вновь начали работу по подготовке массированного удара по России. Но причины поднимаемой антироссийской волны для тогдашнего общественного мнения сложно было бы объяснить лишь страстными клятвами профессионального польского революционера Т.Костюшко.

Собственно, с общественным «мнением», вернее – с чем его едят, тогда ещё пока толком не разобрались. И главной задачей в разворачивающихся польских событиях тогдашние властелины мира видели трансформацию тривиального бунта «элит» в народную войну против России.

Бывшие польские солдаты, принятые на русскую службу после второго раздела Польши в 1793 году, с началом революции не смогли остаться в стороне (на свою голову, но это было потом).

Начало совместных действий российских и прусских войск против поляков обернулись провалом и большими потерями. А на юге России тем временем назревала очередная турецкая агрессия, что сулило тяжёлую войну на два фронта.

В сложившейся ситуации Екатерина видела только один выход – без промедления отправить в пылающую Польшу Суворова с соответствующими полномочиями. К тому моменту Россия уже потеряла много времени, а с ним – тактическое преимущество.

Но Александр Васильевич ждал команды с самого начала волнений в Польше и к тому моменту уже имел тщательно разработанный собственный план мероприятий. Окончательно разрубить этот Гордиев узел был способен только Суворов.

С небольшим отрядом, по пути присоединяя к себе всё новые и новые подразделения, в августе 1794 года Суворов начал блестящую операцию по подавлению польского мятежа.

Отмечаем, что он сразу же издал приказ «о категорическом запрете малейших грабежей и обид мирному населению», объясняя это тем, что война идёт не с обывателями, а с вооруженным неприятелем.

После первой череды побед Суворов выдвинулся на Варшаву, осмотрительно решив все возможные проблемы с польским населением в своём тылу. И это – несмотря на крайнюю степень озлобления русских солдат, хорошо осведомлённых о вырезанных российских гарнизонах.

Вот мы и подошли к моменту штурма Праги, после которого Суворова вся Европа как по сигналу стала называть кровавым убийцей мирного населения. Но, как вы уже наверняка догадались, факты и документы говорят в пользу Александра Васильевича.

На осаду и штурм Варшавы у Суворова не было ни сил, ни времени, поэтому жизненно важно было одним ударом разгромить сосредоточенные в Праге силы повстанцев и сразу же принять капитуляцию столицы Польши.

Ещё момент: в приказе по армии перед штурмом Праги одним из пунктов Суворов специально выделил следующее: «…в дома не забегать, просящего о пощаде неприятеля – щадить, безоружных – не убивать, малолеток – не трогать!».

Разгром польских войск в Праге был беспрецедентный – из 30-тысячной армии уцелело не более 800 человек, немногочисленное ополчение было уничтожено почти полностью. Потери русской армии были минимальными.

4shturmPragiОрловский А. Штурм Праги (1794)

Потрясённые жители Варшавы, наблюдающие за уничтожением повстанцев с противоположного берега Вислы, тут же были повторно потрясены крайне мягкими условиями капитуляции, выдвинутыми Суворовым. Стоит ли говорить, что условия были приняты без промедления.

1 Suvorov_entering_Warsaw_1794Вступление А.В. Суворова в Варшаву в 1794 году. Гравюра начала XIX века.

 Русские войска входили в Варшаву с разряженным оружием и с приказом Суворова не отвечать на провокации (!). Александр Васильевич сделал всё для того, чтобы сражение не превратилось в жестокую бойню.

Такой подход жители Варшавы оценили чрезвычайно высоко и искренне, полностью поддержав все требования со стороны русской армии.

Столица Польши пала мирно, чего и добивался Суворов. Он сам был удручён зрелищем жесточайшего боя в Праге, буквально заваленной трупами её защитников.

1 декабря 1794 года Суворов издаёт приказ «о гуманном отношении солдат русской армии по отношению к мирному населению», что, надо сказать, шло в разрез с поручениями Екатерины (!).

Как государство Польша уже фактически прекратила своё существование, и русский полководец не видел смысла в излишнем третировании польского населения.

Свою миссию он видел в уничтожении врагов России и европейских монархий, но карателем он не был никогда и быть им не желал, хотя и понимал потенциальную пагубность своей позиции.7

Но, несмотря на столь яркие и очевидные проявления гуманизма, первые информационные атаки на Суворова начались ещё при его жизни, а уж в 19 веке придуманные рассказы о зверствах русской армии в покорённой Польше наводнили польскую литературу, а заодно и без того мифологизированное сознание националистов бурным и старательно подпитываемым потоком.

Что характерно, и в XX и в XXI вв. ситуация не претерпела существенных изменений. Как тут не согласиться с тем, что ничтожество никогда не прощает морального превосходства?

Сохранилось множество документов, доказывающих человеческое отношение Суворова к вновь покорённым полякам. Восторженные рассказы о человеколюбии Александра Васильевича быстро стали главной темой в польских салонах. Но всё это меркло в сравнении с откровенной ложью, в которую, как мы знаем по опыту Геббельса, людям всегда верится куда охотнее…

«…Очень трудно исполнять свой долг; меня считали за варвара, при штурме Праги убито было 7 тысяч человек. Европа говорит, что я – чудовище, я сам читал это в печати, но я хотел бы поговорить об этом с людьми и узнать от них: не лучше ли кончить войну гибелью 7 тысяч человек, чем тянуть дело и погубить 100 тысяч? Столько людей, которые гораздо умнее меня; очень бы желал, чтобы кто-нибудь потрудился объяснить мне это!»

Эти горестные переживания Суворова, который с трудом сдерживал эмоции и всегда тяжело переживал лживые наветы, до нас донёс в своих малоизвестных мемуарах граф Ф.Головкин. И эти слова Александра Васильевича как нельзя лучше свидетельствуют о начале великой эпохи информационного противостояния, которое уже в то время отличалось циничной расчётливостью и точностью нанесения ударов.6 suvorov

 

Юрий Максимов

При использовании материалов сайта обязательна прямая ссылка на grodno-best.info

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Загрузка...