Гродненские тайны: убийство князя Друцкого-Любецкого (1913)

bispingБывшая королевская резиденция в Гродно, переданная российской императрицей «за заслуги» генералу Рубану и позже проданная князю Францишеку Ксаверию Друцкому-Любецкому, дворец Станиславово и сегодня хранит много тайн. Одна из них – это трагическая гибель хозяина имения, князя Владислава Друцкого-Любецкого…

1 мая 1913 года на страницах «The New York Times» появилось сообщение под громким заголовком: «Аристократ обвиняется в убийстве: барон Биспинг, богатый землевладелец, подозревается в смерти князя Любецкого»!

Преступление в высших сферах всегда вызывало кривотолки, а тут речь шла о представителях самых знатных родов, связанных кровными узами не только с Радзивиллами, Замойскими и высшей польской знатью, но даже, с Бурбонами!

В воздухе запахло сенсацией.

Но то, что вызвало интерес в далёкой Америке, привело местные высшие сферы в настоящий шок. Только что закончились громкие процессы по делу Брайана де Ласси, …, и вот новый удар по репутации аристократов.

Владислав князь Друцкий-Любецкий родился в 1864 году. Был внуком бывшего министра финансов Королевства Польского Франтишка Ксаверия Друцкого-Любецкого. Учился в Дерпте. Женился на Марии Замойской, от которой у него было четверо детей: три дочки – Мария, Янина, Терезу и сын Ян. Владелец многочисленных имений на Гродненщине и Полесье. В 1907 году был «президентом» Гродно. Являлся основателем и первым председателем Товарищества автомобилистов Королевства (Царства) Польского.

33-летний Иван Иосифович Биспинг, католик, владел имением Массаляны под Гродно, был одним из управляющих делами Северо-Западного товарищества винокурения. С Друцким, которому было чуть больше сорока, Биспинга роднило то, что они были женаты на двоюродных сестрах.

Найдя в лесу брошенных лошадей, тревогу подняла обеспокоенная прислуга. Лакей князя – Константин Зданович, показал, что тот: “…Был человек очень добрый, горячим и могшим вспылить, и долго зла он не мог помнить. Образ жизни князь вёл самый умеренный, водки и вина не пил, как и не играл и, на сколько мне известно, за женщинами не ухаживал. При добродушном характере и благосклонном отношении ко всем людям, я не думаю, что у князя были какие-либо враги из прислуги”…

Я перешёл к князю от Ивана Биспинга, где был лакеем два года. Биспинг хотя тоже мог раздражаться и горячиться, но отличался задумчивастью, был большею частью в грустном настроении и к людям относился сдержанно, отчасти высокомерно… Отношения между покойным князем и Биспингом отличались большею приязнью… Князь не любил открытой общественной жизни и больше интересовался хозяйством, лесами и финансовыми делами”.

Другой свидетель назвал Биспинга – угрюмым, неразговорчивым и необыкновенно религиозным… После смерти первой жены Биспинг женился на вдове князя Радзивилла. Вскоре у него родилась дочь.

Ещё в 1900 году князь купил имение Тересин в пятидесяти верстах от Варшавы, куда особенно любил приезжать.

В два часа ночи 9 апреля 1913 г. судебный следователь Сохачевского уезда Сохачев получил от жандармского унтер-офицера станции Сохачёв сведенье, что накануне – 8 апреля вечером в гмине Шиманов, в парке имения Тересин было найдено тело владельца имения князя Владислава Друцкого-Любецкого.

В парке, а скорее – в лесу, примыкавшему к имению, к юго-востоку от барского дома, в шагах тридцати от лесной дороги от Германского шоссе к княжескому дому.

Князь был одет в охотничий костюм: жёлтые гетры, зелёная куртка, Бронзовы туфли. Его голова лежала опёртая на шапку, рядам валялись трость и очки князя.

Рядом лежали открытые часы с оборванной цепочкой и ключ к ним. Часы остановились и показывали время – 4.15. При вскрытии трупа присутствовал сам Варшавский губернатор барон Корф. Предполагалось, что жертве было нанесено несколько ударов и выстрелы из револьвера малого калибра. Личные комнаты князя в имении тут же были опечатаны.

Приехав в гости в имение по приглашению князя, тот как раз вернулся из Петербурга, на следующий день они вдвоём отправились на прогулку на паре лошадей, чтобы довести гостя, который торопился на поезд, до станции.

На первом допросе Биспинг показал, что по дороге в лесу их остановили двое мужчин, которые по внешнему виду напоминали крестьян. Они обратились к князю, на что Друцкий попросил Биспинга подождать немного, пока он переговорит.

Однако, согласно последнему, видя, что он может опоздать на поезд, Биспинг попрощялся с князем, поцеловавшись и пешком отправился к железнодорожной станции. Работовшие рядом с лесом крестьяне слышали два выстрела и сдавленный крик. Биспинг ничего этого не слышал.

Ещё одним подозреваемым был бывший егерь Франц Гралль, служивший ранее в Щучине и посылаемый князем для устройства фазаньей охоты. Был уволен вследствии того, что “начал пить, обленился и перестал служить как следует”. Сам Гралль был очень недоволен свои увольнением.

Жена покойного – Мария Здиславовна Друцкая-Любецкая, показала, что “не может найти ни одного мало-мальского основательного предположения о причинах убийства мужа”.

Вдруг неожиданно всплыла история со стрихнином. Князь Друцкий имел привычку пить холодный чай, который ему наливали заранее в чашку. Приблизительно год  до убийства, во время чаепития, сделав один глоток, князь обратил внимание на горький привкус напитка в своём стакане.

Биспинг, который был тогда в гостях, несколько раз хлебнул из его стакана и то же почувствовал горечь. Позже химический анализ показал, что в стакане князя был стрихнин, однако сам Друцкий не стал из этого раздувать скандал. Правда, тогда в доме был ещё и сын егеря – Анатоль Гралль, который так же заходил на кухню. Ситуация с чаем повторилась ещё раз – и сново в присутсвии Биспинга.

Через неделю после смерти Друцкого неизвестный забрался к нему во дворец. Судя по всему, злоумышленник, если он был один, искал документы. При этом, однако, исчезло несколько пистолетов иностранного производства и связка коралловых бус, которые князь собирался раздать местной службе.

Сам арест ординатора Биспинга вызвал настоящую сенсацию, тем более, что через свою вторую жену – княжну Радивил, он был связан родственными узами с самыми влиятельными европейскими династиями!

Следствие длилось почти год. Главный мотив, который рассмтривался, был материальные интересы. Заседание суда открылось только 18 мая 1914 года и на удивление, не вызвало среди общественности ожидаемого интереса. Обвиняемого защищали три адвоката, в том числе – Тадеуш Врублевский (в личном архиве последнего, в Вильне, до сих пор сохранились судебные дела).

В чашке чая князя был установлен стрихнин.

Биспинга так же обвинили в подделке векселей князя на несколько сот тысяч рублей.

На суде появились свидетели, которые будто бы видели Биспинга с револьвером в лесу рядом с Друцким!

Навещая своё имения, князь Друцкий-Любецкий, обычно, отдыхал от дел. «У меня их достаточно в Щучине!» – говорил он.

Одновременно, в судебных кулуарах ходили толки о том, что «настоящий убийца» князя прислал по почте собственноручное признание, в котором объяснил содеянное своими революционными взглядами…

Подозрения относительно Биспинга на суде подтвердила и дочь убитого – Мария.

Самые высокопоставленные особы из аристократической сферы высказались с лесными отзывами о личности ординатора.

Выступая перед судом сам Биспинг, присягая на могиле родителей и своей первой супруги, поклялся в собственной невиновности.

Пули в теле убитого совпадали с калибром маузера, найденного у ординатора.

Профессора медицины – Таранухин и Косоротов, категорически разошлись в своих взглядах. Один однозначно утверждал, что найденный на убитом волос принадлежит ординатору Биспингу, тогда как второй называл подобную однозначность – абсурдом.

Кроме того, разошлись во мнениях и эксперты-графологи: одни утверждали, что что подписи на векселях были подделаны, тогда как другие категорически выступали против подобного вывода.

В заключение прокурор сказал: «Наверняка, когда вы вынесете суровый и обличительный приговор, в некоторых сферах зазвучат голоса полные неудовольствия, и в вашу сторону … неудовольствия. Однако, пройдите мимо них с поднятой головой и чувством выполненного долга. Наступит мгновение, в которой все глаза обратятся к правде».

В тюрьме у него родился второй ребёнок.

Наконец, 13 июня 1914 года прозвучал приговор – лишение всех прав и привилегий, конфискацию имущества и четыре года арестантских рот. Но уже через неделю он был выпущен под залог в 100 тысяч рублей.

Член суда Гаврилов выдвинул votum separatum, считая, что Биспинг совершил спланированное убийство.

Векселя, якобы, были выставлены для дачи взятки российским чиновникам с целью выгодной замены гродненских владений, идущих под строительство фортов. Якобы, чтобы замять дело из Петербурга прислали наёмного убийцу.

Появились сплетни о неких «романтических» отношениях князя с матерью и сестрой Граалей.

Дошло до того, что ссылаясь на сеанс медиума, вызывали дух самого убитого, который утверждал, что он пал жертвой заговора: его убили евери, которые хотели получит редкий экземпляр Талмуда!

Апелляционный суд в Варшаве в 1926 году признал Биспинга виновным в убийстве в состоянии аффекта и вновь приговорил к заключению – на этот раз на 2,8 лет.

Кроме того, против Биспинга было возбуждено второе дело о расстреле местных крестьян весной 1919 года, однако, тут он был полностью оправдан…

Уже через год Верховный Суд отменяет предыдущее решение и дело об убийстве князя вновь открыто. Биспинг добился невозможного: материалы его дела были пересланы из Советского Союза в Варшаву. Через 15 лет после убийство медицинская эксперты Леона Ваххолца и Гржыво-Дамбровский опровергли доводы против обвиняемого.

5 мая 1928 года Иван — теперь Ян Биспинг был полностью оправдан! Остался без ответа только один вопрос: кто, собственно, убил владельца Станиславово на самом деле.

Дело об убийстве Друцкого было одним из самых длинных процессов на территории Польши. Что же касается главного подозреваемого, то примерно в 1940 году Биспинг попал в руки советской власти и бесследно исчез…

Вечерний Гродно, 12.10.2011.

При использовании материалов сайта обязательна прямая ссылка на grodno-best.info

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ