1941: ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ВОЙНЫ

Первые могилы гитлеровцев на нашей землеО первом дне войны на Гродненщине вспоминает Скворцов Николай Никанорович (подполковник в отставке) 109 отд. бат. связи 17 с. д

Служба началась в 109 отдельном батальоне связи 17 стр. дивизии с 1939 года. Осенью, после двухлетней службы надо возвращаться домой. Но в начале июня полк по боевой тревоге был из Полоцка поднят, пешеходным маршем направлен на запад в р-н Гродно, на войсковое учение.

21 июня 109 о.б.с. расположился в палаточном лагере, в непосредственной близости от государственной границы. У каждого бойца по 15 холостых винтовочных патронов, учебные гранаты и мишени.

22 июня, едва забрезжил рассвет, немцы начали артподготовку, а спустя полчаса в расположение этого лагеря ворвались вражеские мотоциклисты и рассеянным автоматным огнем изрешетили все палатки, и в эти страшные минуты бойцы не верили в начало войны, так как политруки внушали возможность провокации со стороны немцев. Первые взрывы казались случайными, но с сомнениями суждено было скоро расстаться. “Неужели это – война?” – так думали все.

Да, это была война! Война на советской территории, не на вражеской, как учили политруки.

Утренний туман рассеялся. Самолеты врага лавиной двинулись на восток, на Минск и другие города Белоруссии. Вскоре пикирующие бомбардировщики и истребители полйвали трассирующими пулями окопы воинов. Команды открывать огонь по противнику не было.

В присланном из штаба армии пакете было сказано: “На провокацию не поддаваться, огонь по самолетам не открывать”.

А бомбы рвались с грохотом прицельно. В такой ситуации только железная воля командира способна привести в действие оружие.

Командир зенитного дивизиона капитан Молчанов взял на себя ответственность – дал залп из зенитных орудий. Вражеский самолет, оставляя за собой хвост дыма, рухнул на землю.

Немецкие летчики катапультировались и, опустившись на парашютах, рассказали, что им было известно о приказе не открывать огня по ним, поэтому они смело и безнаказанно утюжили боевые порядки нашей армии, покрывая их смертоносным огнем.

Это было около полудня, когда в военных действиях уже никто не сомневался. Был приказ окопаться и занять оборону.

Бойцам раздали боевые патроны и гранаты. Вскоре появились нем­цы. Они шли лавиной во весь рост, поливая пулеметным и автоматным огнем окопы наших ребят.

Появились убитые, много раненых. Все поняли, что свершилось то, что ожидали в эти страшные минуты – никакие дипломатические ноты не сработали. Война перекроила все добрые намерения и счастливые надежды.

Раннее утро 22 июня 1941 года было трагическим началом и продолжением Второй мировой войны.

Заняв оборону и разграничив зоны обстрела, бойцы встретили первую лавину, а затем вторую лавину вражеских солдат, которые при поддержке трех танков шли на бойцов с открытым забралом. Ответный перекрестный огонь заставил немцев прижаться к земле, окопаться и ждать подкрепления.

Солнце уже поднималось над лесом, и вновь был обрушен интенсивный минометный огонь и огонь орудий прямой наводки на обороняющихся солдат Красной Армии.

Силы истощались, боеприпасы на исходе, на штыковой бой надежды не было из-за многократного численного превосходства противника. В этой неравной схватке погибла половина батальона. Оставшиеся в живых и раненые отходили, оказывая огневое сопротивление врагу.

Во второй половине дня немцы продолжали преследовать измученный, поредевший батальон. Они старались не отрываться от отступающего арьергарда. Но это им не удалось, так как основные силы войск, находившиеся на границе, покинули позиции и сосредоточились в лесном массиве.

С наступлением темноты немцы прекратили обстрел, но продолжали двигаться по объездным дорогам, окружая батальон в заболоченном лесном массиве. Под покровом ночи батальон продолжал движение на восток. Но?! И тут встретились с вражеской пехотой, оказавшей упорное сопротивление. Место, где пытался прорваться батальон через вражеское кольцо, было названо долиной смерти. И снова более половины бойцов, пытавшихся прорваться, не стало.

Командир 17-й стрелковой дивизии генерал Бацанов приказал полкам вести бой в окружении и отдельными отрядами отходить на восток в направлении Слуцка, Калинкович. Вместе с 109 батальоном связи генерал Бацанов вышел в направлении реки Птичь.

В сентябре стало известно, что генерал Бацанов принял командование 24 стр. дивизии. Это был герой финской войны. Генерал-майор Бацанов продвигался уже с 24 стр. дивизией. 17-я стр. дивизия прекратила свое существование. Это была дивизия первого формирования.

Первый день войны закончился жесточайшими контратаками вражеского кольца, большими потерями, но с твердой верой в успех в борьбе за жизнь. Невольно вспоминаются слова афинского стратега, жившего в V веке до нашей эры, Фемистокла: “Мы погибли бы, если бы не погибали”.

Утром второго дня войны наша разведка донесла, что большая часть вражеских войск устремилась на восток, оставив вокруг нас до батальона пехоты. Это вселяло уверенность.

В ночном бою окружение было прорвано и войска соединились с главными силами Красной Армии.

 

Скворцов Н. Н. принимал участие в Орловско-Курской битве, получившей название “Огненной дуги”, в Белорусской операции “Багратион”, в Восточно-Прусской и Берлинской операциях.

Закончил войну на Эльбе, подарив солдату американской армии Майклу звездочку, сняв ее со своей пилотки.

Самым длинным днем войны для Н.Н.Скворцова был первый день войны. В настоящее время Н. Н. Скворцов – доктор экономических наук, профессор, академик А. Э. Н., заведующий кафедрой налогового менеджмента в Киеве.

Впоследствии 109 отд. батальон связи был в г. Калинковичи преобразован в 109-й отдельный полк связи 3-й армии В. И. Кузнецова, а нач. штаба был Жидов, а впоследствии Жадов.

Отцы и дети из 41-го: страницы истории / авт.-сост.И. Е. Макеева. – 2-е изд., доп. – Гродно: Гродненская типография, 2004. – 360 с.

При использовании материалов сайта обязательна прямая ссылка на grodno-best.info

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Загрузка...