Партизан, охотившийся на «лесных братьев»: Федор Малахович Супранович

supranovichФедор Малахович Супранович родился в 1925 году в деревне Костюки Борисовского района Минской области. До войны жил в родной деревне.
22 июня 1941 года вступил добровольцем в истребительный батальон. Из интервью: «Никто не знал, что делать. Но скоро из жителей деревни был создан комсомольско-молодежный истребительный батальон для борьбы с фашистскими разведывательными группами, шпионами и диверсантами.
Поставили задачу охранять мост через Березину у нашей деревни Костюки. Приказ был однозначный – никого не пропускать. Всего в 10 километрах высадился немецкий десант, который мог напасть в любой момент. Тогда же подтвердились рассказы о шпионах и диверсантах, о которых постоянно писали в советских газетах до войны.
Оказалось, что одного я хорошо знаю. Это мой школьный учитель немецкого языка Эгоф. Он пришел к мосту и сказал, что ему срочно надо в Борисов. Но мы его не пропустили. Приказ есть приказ. Он и просил, и ругался, но вынужден был уйти. Вскоре немецкий десант был уничтожен. Наш батальон распустили.
Через несколько дней в Костюки ворвался отряд фашистов. Тогда и выяснилось, что наш учитель Эгоф – разведчик Абвера. Сами того не зная, мы помешали ему встретить десант, который должен был участвовать в захвате переправы. Он указал на тех, кто не пустил его через мост. Тогда расстреляли 18 односельчан.
Просто повезло, что он не узнал меня. До войны у меня была кучерявая шевелюра. С ней я был похож на Карла Маркса. Даже прозвище мне дали Карл. Так совпало, что за пару дней до того, как явились каратели, отец меня постриг. Это и спасло».
Оставаться в деревне подростку было опасно. Учитель немецкого в любой свой приезд мог его опознать. 15-летний Федор ушел из дома, работал дровосеком, затем на торфозаготовке. В 1942 году наладил связь с партизанами. Мальчишка был на хорошем счету у оккупантов, поэтому мог выведать нужную информацию.
Из интервью: «Завоевать доверие было нелегко. Немцы ради забавы на предприятии устраивали показательные соревнования. Воткнут в землю высокий столб, а на верхушку положат махорку или кусок мыла. Забрать приз может любой, кто до него доберется. Чтобы было веселее, столб обмазывали мылом, и он становился очень скользким. Смеялись над каждым, кто падал. А я пару раз без труда на него взобрался. Это увидел начальник предприятия. За мою ловкость дал еще один кусок мыла. Потом я ему передал стакан ранней земляники. За этот презент он перевел меня в мастерские. Эта должность позволяла ходить по работе в лес. Так я спокойно передавал собранные разведданные партизанам. Рассказал им все, что знал про предприятие: численность и расположение охраны, местоположение складов, подходы к ним».
Через неделю партизаны провели прекрасно спланированную атаку – разгромили гарнизон, сожгли торфодобывающие машины, пополнили запас оружия и боеприпасов. Федор Супранович успел выполнить еще несколько партизанских заданий, но вскоре получил повестку с приказом явиться в г.Борисов для вывоза в Германию. Оставалось подчиниться или уйти в лес.
Из интервью: «Так я стал партизаном отряда имени Чапаева. Со временем перевели меня в пулеметчики. Это почетная и тяжелая должность. Продираться с таким оружием через лесные заросли очень трудно. Расчет пулемета обычно два человека. Один отвечает за ствол, второй – за патронные ленты. Вначале был вторым номером. Непосредственно в бою изучал теорию экономной стрельбы…
Осенью 1943 года наш отряд выдвинулся на подрыв эшелона. Вдоль железнодорожного полотна постоянно дежурили вражеские патрули. Ошибиться было нельзя. Несколько суток караулили, замаскировались отлично и ждали удобного случая. Патрули ходили часто, но нас не заметили. В тот день мы удачно заложили взрывчатку: разбили паровоз и по четыре платформы с дальнобойной артиллерией и тягачами…
Без подготовки не нападали. Вначале разведка узнавала, сколько солдат, какое у них вооружение, где пулеметные точки. Потом определяли лучшее время для атаки, направление. Очень многое зависело от эффекта внезапности. Конечно, без внимания наши атаки не оставались. Против партизан Борисово-Бегомльской зоны в мае-июне 1943 года была проведена операция «Котбус».
Это было жуткое сражение. Фашисты взяли в кольцо несколько бригад и стали теснить их в болота. Боеприпасы на исходе. Только наличие полевых аэродромов позволяло получать патроны и снаряды с Большой земли. Часто ящики с боеприпасами сбрасывали нам по ходу боя. Одни держали оборону, а другие мчались за патронами. Противник давил числом и вооружением. Им удалось рассечь бригады.
Мы были загнаны в болото. Ничего не оставалось, как собрать все силы и идти на прорыв. Впереди пулеметчики и автоматчики, поливающие врага огнем. За ними – безоружные местные жители, бежавшие в лес от карателей, потом повозки с ранеными и провиантом. Замыкали колонну партизаны с винтовками и пистолетами. Много погибло в тот день. Но основной части бригады все же удалось вырваться из кольца окружения».
К июлю 1944 года, действовавшая в Борисовско-Бегомльской партизанской зоне бригада «Дяди Коли», в которой сражался юный партизан Федор Супранович, насчитывала 7 отрядов общей численностью более тысячи партизан. На ее боевом счету 132 пущенных под откос эшелона, 32 уничтоженных склада, 8 мостов, 288 автомашин, 9 танков и 6 самолетов.
После освобождения Белоруссии Ф.М.Супранович был призван в Красную Армию, получил специальность радиста. Участник советско-японской войны.
supranovich2После демобилизации в 1950 году служил в МГБ. Из интервью: «В марте 1950 г. я демобилизовался из армии, где, после участия в войне с Японией в августе 1945 г. три года (1947-1950) служил на должности начальника радиостанции 2-го отдельного радиоразведывательного полка ОСНАЗ ГРУ советской армии в Хабаровском Крае (к слову, 1-й полк дислоцировался в Молдавской ССР), и почти через месяц прибыл в Минск устраиваться на работу. Первым делом я, как бывший заместитель секретаря полковой комсомольской организации, пошел в райком комсомола.
Здесь уместно будет сказать, что замсекретаря меня избрали за получение важных разведданных. Во время одного из своих дежурств в 1948 г. я обнаружил и запеленговал радиосеть американских военных советников в Корее.
Видимо у нашей разведки не хватало конкретных доказательств того, что, несмотря на то, что 15 августа 1948 г. на территории Корейского полуострова, южнее 38-й параллели, была провозглашена Республика Корея, первым президентом которой стал Ли Сын Ман, американские военные продолжали проводить на ее территории свою разведывательную деятельность в отношении СССР. Данные нашего полка это подтвердили. Нам было поручено тщательно прослушивать весь радиообмен в сети.
В минском райкоме комсомола позвонили куда-то и спросили не требуется ли им высококвалифицированный радист. После чего мне дали номер телефона и сказали позвонить из бюро пропусков МГБ БССР. В МГБ меня проверили как радиста и остались довольны, т.к. за минуту я выбил на ключе 200 знаков, при положенных по норме первого разряда 90. Потом поинтересовались моей биографией и сказали, что сообщат о результатах.
После проверки, через месяц, а надо сказать, что для этой цели ко мне на родину в деревню Костюки Борисовского района выбывали даже сотрудники райотдела МГБ, в июне 1950 г., я вновь прибыл в столичное чекистское ведомство, где мне сообщили, что я принят на работу, мне будет присвоено офицерское звание младшего лейтенанта, и я буду задействован в борьбе с бандитизмом в западных районах Беларуси в специально созданном для этой цели отделе 2-Н.
Вся моя новая служба проходила в постоянных командировках по 2-3 месяца в Молодеченской, Пинской и Минской областях. Я лично принимал участие в уничтожении 5 бандгрупп и нелегала-одиночки, бывшего полицейского, убившего майора УМГБ по Минской области Гладышева…
Когда все самые опасные официально зарегистрированные по учетам МГБ БССР банды были ликвидированы, или пойманы, в 1952 г. наше управление 2Н было расформировано.
В 1955/56 годах я некоторое время работал в оперативном подразделении в должности помощника оперуполномоченного 2-го отдела 4-го управления КГБ при СМ БССР, где мне поручили рассматривать нераскрытые дела за прошедшие годы… А еще до перехода в оперативное подразделение, наряду с борьбой антисоветским подпольем и обыкновенными бандитами, мне пришлось участвовать и в поимке знаменитого «американского шпиона» Янки Филистовича. Его сбросили в 1951 году, а арестовали лишь через год…
Когда в 1960-м году я был уволен из органов КГБ по большому сокращению армии и спецслужб (всего было уволено около 1 200 000 чел.), мой бывший начальник пришел мне на помощь и предложил работу ст.механика в Институте Торфа. Он правильно рассудил, что, хотя зарплата на этой должности и небольшая, однако у меня будут все условия для окончания учебы. А я тогда учился на предпоследнем курсе радиотехнического института.
Работал я старательно, и товарищи ко мне относились хорошо, оказывали помощь во всем. Когда пришло время защищать диплом, а я взял себе тему «Автоматический РН-метр», близкую к профилю Института Торфа, мне дали командировку в Москву на завод, где выпускались простые РН-метры, с письмом оказать помощь в написании диплома. Оказалось, что директор завода — белорус, и он дал мне возможность ознакомиться со всем производством этого прибора и документацией, что помогло мне успешно защитить диплом.
В 1961 году меня пригласили в УВД Миноблисполкома и предложили работу, но я отказался. Через некоторое время меня пригласил уже начальник отдела кадров УВД Котунов П.М., который и убедил дать согласие перейти на работу в милицию на должность начальника отделения оперативной техники и связи, по профилю моей учебы в институте. Так началась моя работа в системе МВД БССР».
supranovich3В отставку заложивший основы подразделений «ночных сов» полковник милиции Ф.М.Супранович вышел в конце 1976 года с должности заместителя начальника Управления вневедомственной охраны при МВД БССР.
После выхода на заслуженный отдых Федор Малахович отдыхать категорически отказывается. Кроме того, что он участник мероприятий, проводимых Департаментом охраны МВД, так еще и закреплен по ветеранской линии за несколькими столичными школами.
Иван Юрьев, grodno-best.info

Партизанские университеты Федора Супрановича / Наталья Изотова // Милиция Беларуси. — 2015. — № 2. — С. 7-11.

При использовании материалов сайта обязательна прямая ссылка на grodno-best.info

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Загрузка...